О коррупции

Уже более двадцати лет Россия на пути буржуазного развития, а тема коррупции по-прежнему актуальна. В чём же дело? У власти готового решения нет, лишь попытки проб и ошибок.

Так, например, речь шла: давайте увеличим зарплаты, денежные довольствия, содержания чиновникам, чтобы не было соблазна, или в случае соблазнения, установим денежные штраф, мол, ударим рублём по коррупции, переименуем милицию в полицию, заодно расстанемся с неблагонадёжными и пр. и пр., а воз и ныне там.

Последний громкий инцидент с губернатором Сахалинской области, этапировали бедолагу в Москву, видимо местные полицейские не вытягивали борьбу с продажей власти. Телевидение показало президента Путина на коллегии МВД РФ, причём операторы «выхватывали» не только главу, отвечающего на вопросы президента, но и лица МВД-шных коллег с большими звёздами. Те как могли, сохраняли тренированную мимику, через которую никакой детектор лжи не догадается, что у них на уме.

Может быть, попробовать порефлексировать и применить иную концепцию или взгляд на причины современной коррупции в России.

Возраст тех крупных чинов на коллегии МВД говорит о том, что подавляющее большинство, если не все, сформировались как личности при советской власти и советской идеологии, основанной на классовом подходе, на классовой неприязни, на марксистско-ленинской теории развития общества, лозунгами которой были, например, «экспроприация экспроприаторов», или «всё вокруг колхозное, - всё вокруг моё».

Присутствовавшие на коллегии чины заслуженно занимают свои посты в МВД России, поскольку, как правило, хорошо учились в школах, далее в вузах, были отличниками боевой и политической подготовки, опираясь на классовый подход в своём мировозрении, другого и быть не могло.

Мировозрение не может меняться по щелчку пальца или отмашке рукой, например, Горбачёва М.С. или Бориса Ельцина. А классовое мировозрение всегда определяло: кто есть кто.

Так, некоторые чины МВД Росии на коллегии наверняка были сотрудниками ОБХСС (отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности), в свою бытность, борясь против нетрудовых доходов, спекулянтов, валютчиков, хапуг и мошенников в сфере торговли и распределения. Санкции за указанные преступления были очень серьёзные – за особо крупный размер ставили к стенке, как директора "Елисеевского" гастронома в Москве, например. Поэтому массового воровства по-крупному и предательства по-крупному не было, боялись, в том числе и в чиновьичих кругах, помня заветы товарища Сталина.

На понятийном уровне всем было также понятно: кулак (сельский буржуа), торговец (спекулянт), хозяин производства (городской буржуй) – эксплуататоры, использующие наёмный труд, присваившие прибавочную стоимость, созданную за счёт пролетариата и батраков.

Поэтому милиция, а позже полиция, вполне информированная откуда у нуворишей, коммерсантов появились деньги и, воспринимая их по-прежнему как экспроприаторов, относилась соответствующе даже после отмены статей УК РФ о нетрудовых доходах и провозглашения иного социально-экономического курса страны.

Новая буржуазия, как класс, стала попросту «дойной коровой» не только для МВД, но и других чиновников. Лозунг «грабь награбленное» по-прежнему актуален, это воспринимается как восстановление справедливости, как робингудство, но не для раздачи нуждающимся. Ленинское правило, что нет такого преступления, на которое бы не пошла буржуазия, если будет маячить большая прибыль, работает до сих пор. Сама буржуазия, впрочем, и не против делиться, если на тёмные делишки закроют глаза, или даже поспособствуют ей в достижении целей. Тем более, что законодатели – представители нового класса, представители, прежде всего, бизнеса, приняли соответствующие законы, создав условия для большого обогащения.

Так, не только отменена смертная казнь за особо крупный размер, но и по ряду хищений вовсе исключили сроки заключения, заменив их на штрафы. Оно и понятно, если руководствоваться ленинским понятием: закон – это воля господствующего класса, возведённая в силу закона. Господствующим классом в буржуазном государстве является буржуазия, поэтому волю и проявляет, для себя она никакой смертный приговор не подпишет, а наоборот, сформулирует или создаст такое положение вещей, чтобы не оказаться за решёткой.

МВД России, несмотря на то что является исполнительным органом, находится под влиянием окружающей среды, объективно влияющей на сознание каждого человека.

Окружающая среда включает в себя и некий фон бытия общества, находящегося в погоне за успехом, золотым тельцом, проповедующим перевёрнутые ценности. Скромность – это отстой, надо пиариться, рекламировать себя, продвигать, достаточность не в счёт, стремление к потреблению доминирует (которое наруку буржуазии) поскольку, чем больше купят продуктов, произведённых для продажи, тем богаче она станет, а потребители, расставшись со своими капиталами - беднее.

Не все люди способны устоять против соблазнов, когда желания стимулированы: отдельный дом, брутальный автомобиль, барахло, красивая жизнь, поездки за рубеж, только плати. А ситуация с привлечением к ответственности под большим вопросом: её практически нет, если можно уехать за рубеж на свой остров. Возбуждённые дела редко доводят бизнес до решётки, всё решаемо, всё имеет свою цену.

Поэтому устоявшийся фон и буржуазные ценности, пропитывающие общество, объективно создают условия и предпосылки для продажи, в том числе чести и достоинства. В буржуазном государстве можно и должно всё продать.

Единственным препятствием являются политические амбиции, которые становятся угрозой власти. В случае непринятия мер, происходит фокус наподобие украинского, когда буржуазия, национальная элита, находясь в зависимом положении от глобальной системы, сливает и предаёт интересы общества. Эту точку невозврата трудно нащупать, тем не менее, данное обстоятельство беспокоит власть, в том числе и президента на коллегии МВД.

Видится, что инструментом для восстановления баланса интересов необходимо использовать старый проверенный способ – диктатуру, силу для изменения нормативной базы с угрозой потерять всё по сравнению с предполагаемым размером краденного, ведь общество потеряло страх, а далее - обобществить ряд направлений экономики, сужающей область коррупции, создав долю государственного «общака», гарантирующего его самостоятельность, за хищение которого, как в воровском мире, ждёт суровая санкция.

Как ни крути, опять упоминая Ленина, политика – это концентрированное выражение экономики. Политическая власть в России не является частной как в США, в силу недостаточной зрелости, инфантильности национальной буржуазии, для развития которой нужно не 20, а 200 лет, чтобы она могла понять свою ответственность и роль в обществе, чтобы она стала гегемоном. Пока наша буржуазия не является таковой, не вывозит общество. При первом подходящем случае она готова слить все национальные интересы глобальным акулам по-быстрому, заработав и убежав от ответственности, действуя как Шура Балаганов.

В США, «эталоне демократии», – суровые сроки, здесь нельзя брать государственное, ибо оно является частной структурой определённой группы лиц. Чужое, частное там брать нельзя, за это может последовать смертная казнь.

Западный мир обеспечивает общественное согласие, затыкая рот недовольным системой бесплатных благ и системой страха, за счёт эксплуатации неоколониального мира. Россия не может себе позволить кого-либо колонизовать, в этом наше различие, государство и общество живёт за счёт эксплуатации своей территории, природных богатств, обеспечивая паритетную роль среди великих мира сего. При этом национальная буржуазия занимается лишь логистикой, перераспределением этих богатств и бюджета.

В обществе снижение градуса потребления не происходит, отсутствует некий протестантский принцип бережливости, достаточности, рачительности, если хотите, аскетизма. Тон лидерами задаётся обратный, идёт соревнование «кто круче». Сахалинский губернатор не справился.

Российской буржуазной идеологии на данный момент не существует, как, например, в своё время на заре развития буржуазных отношений в Англии и в Европе (Ф.Бэкон, Макиавелли и пр.). Национальные этики жизни, в том числе и русские, которые непременно существовали у каждого народа, не вспоминаются. Движение общества в России напоминает броуновское, беспорядочное, все уповают на батюшку царя. 

Коль так называемая элита не имеет идеологии построения общества взамен классовой теории Маркса и Ленина, для России один путь спасения: не в одиночку, а сообща, с религиозным отношением к «общаку», харам и всё тут. В противном случае – кара. На этом подходе возможно спасение от потрясений наподобие украинского, где коррупция явилась детонатором общественного взрыва, управляемым оружием для ликвидации постсоветского государства.

Наши заклятые партнёры по буржуазному миру, в который нас не пускают, во всяком случае, отводят для нас роль «индейцев», недочелеовеков, унтерменш, прекрасно понимают и отрабатывают на Украине роль предтечи для России, поскольку осведомлены, что исторически Украина – это Россия, два сапога – пара. Латентно, но гражданская война в России уже идёт, так или иначе мы её ведём, мы не можем быть безучастными к ней, на это и рассчитано.

Инфантильность российской буржуазии заключается и в том, что она стесняется даже себя таковой называть, отсутствует даже партия, где бы она себя всерьёз позиционировала. Буржуазные воротилы пытаются замаскировать себя членством в Единой России, чтобы быть поближе к административному ресурсу, но не быть ответственной за общество и государство вцелом. Роль буржуазии в этой партии не видна, провозглашаемые цели она не поддерживает, по принципу «Васька слушает, да ест», творя свои дела, которые идут вразрез интересам власти и государства. Например, как уводят активы за рубеж, в оффшоры. Далеко ходить не надо, так в ОАО «Мельник» в г. Рубцовске акционером является некая Хадсон Раша Ривер, зарегистрированная на острове Невис Ост-Индия вразрез объявленному курсу президента де-оффшоризации, несмотря на то, что директор Бедарев А. - депутат краевого заксобрания, член партии Единая Россия, наверняка и портрет Путина в кабинете висит. И таких примеров безответственного поведения российских гегемонов немало, они не соотносят себя с ныне существующим государством, а тем более, с обществом.